ЛаЛаЛань
Как найти удачное сочетание печатных изданий и ЭБС?


Библиотекам
Как найти удачное сочетание печатных изданий и ЭБС?


Библиотекам
Как найти удачное сочетание печатных изданий и ЭБС?
Библиотекам
Светлана Морозова, ФБ РГПУ им. А. И. Герцена: «Нам удается находить удачное сочетание печатных изданий и электронных версий на платформах ЭБС»
О роли и миссии современных библиотек, вызовах времени и необходимости баланса печатных и электронных книг в библиотеках вузов «ЛаЛаЛань» поговорила со Светланой Морозовой, заместителем директора Фундаментальной библиотеки РГПУ им. А. И. Герцена.
Каково соотношение печатных изданий и изданий из ЭБС в обеспечении образовательных программ Вашего университета?

— Могу назвать точные цифры, исходя из того, что выбрали преподаватели для включения в списки основной и дополнительной литературы к образовательным программам. В них 70% изданий из ЭБС, т. е. с точки зрения преподавателей учебный процесс сегодня может быть обеспечен только на 30% печатными изданиями.

В модуле книгообеспеченности на нашем сайте представлены рекомендуемые перечни, включающие издания как в печатном формате, так и из ЭБС. Мы считаем, паритет печатных изданий и изданий в ЭБС лучшим выбором, во всяком случае для сегодняшнего дня. По данным модуля книгообеспеченности, доля (и исходя из возможностей нашего фонда) изданий в ЭБС — 54%, по спискам, дополненным преподавателями на основании каталога библиотеки, — как видите, 70%.



Как Вы оцениваете динамику изменений в фондах? За прошлый год, за другие периоды?

— Изменчивость фонда библиотеки — это длительный процесс, который отслеживается десятилетними, как минимум, периодами. Со стороны электронных ресурсов — постоянный и динамичный прирост, а как иначе в 2010-е гг.?

Количество статей в электронных версиях журналов на платформах в нашей подписке измеряются десятками миллионов. Учебные издания на платформах ЭБС прирастают тысячами год от года. 3–5 лет назад в доступе нашего университета изданий из ЭБС было чуть более 100 тыс. наименований, сейчас их более 160 тыс.

Для сравнения: в печатном формате библиотека приобретает примерно 10 тыс. экземпляров в год, учебных изданий из них 6 тыс. экземпляров. В названиях это составляет более 300 единиц. Соответственно пополнению печатного фонда происходит и списание, причиной тому могут быть: потери книг читателями, утрата актуальности, требующая не многоэкземплярного хранения, а только одного-двух экземпляров, как отпечатка своей эпохи. Приобретение печатных изданий сокращается не только вследствие падения интереса, но и зачастую потому, что рост цен на учебные издания в печатном виде опережает размер выделяемых финансовых квот на их приобретение.



Как Вы оцениваете потребности читателей Вашей библиотеки?

— В нашем университете печатная книговыдача теряет в цифрах 1,5–2% в год, зато использование только ЭБС (не беру сейчас данные по всем видам электронных ресурсов) выросло в 2017 г. по отношению к 2016 г. в 3,5 раза, а по отношению к 2014 г. — в 11 раз. Думаю, что эта тенденция сохранится и в 2018 г., когда мы подведем его итоги.



Учитывая возрастающий объем предложений ЭБС, как удается выбрать нужные книги?

— Сегодня нам удается находить удачное сочетание печатных и электронных изданий на платформах ЭБС. Я намеренно не говорю сейчас обо всех видах электронных ресурсов, поскольку в разговоре об учебно-методическом обеспечении программ высшего образования ЭБС выходят на первый план: они создавались именно для образовательного процесса.

Доступ к ЭБС осуществляется по коммерческой подписке. Библиотекой формируется запрос, список изданий, которые хотелось бы получить, и вуз оплачивает доступ, чаще всего на год. Следуя требованиям ФГОС, мы не имеем права ни на один день прервать этот доступ, непродление которого для контролирующих органов означает необеспеченность образовательной программы, а это риск ее закрытия, тот риск, который библиотека любого вуза должна учитывать, чтобы не подвести свою образовательную организацию.

Фундаментальная библиотека РГПУ подписана на 6 разных платформ ЭБС. На трех из них есть базовые коллекции, которые нам предложили как «коробочный» вариант. В таких коллекциях представлены учебники по различным образовательным направлениям плюс художественная литература, эссе, издания общественного достояния.

В трех других ЭБС мы выбираем издательские коллекции или подбираем (уже вручную просмотром всех позиций) те издания, которых не хватает для обеспеченности образовательных программ.

Покупаем и печатные издания в больших объемах, для этого предусмотрена субсидия, которую Министерство науки и высшего образования РФ определяет для вуза из бюджетных средств. Закупки происходят строго по заявкам подразделений, которые указывают, какие книги необходимы для обеспечения образовательного процесса, количество экземпляров, количество студентов, чтобы рассчитать коэффициент обеспеченности, указывают тип литературы, к которому они относят издания, основная или дополнительная.

Закупку производим 2 раза в год, в весеннем и осеннем семестре — это решение нашего вуза. Оно связано со сложными закупочными процедурами: мы должны подготовить большой пакет документов для государственной закупки, а это очень непростое мероприятие.

Дело в том, что на печатные учебники сохраняется значительный спрос. Студенты поступают в университет, и мы предлагаем зарегистрироваться в ЭБС и получить 160 тыс. учебников: мечта, казалось бы, для нашего времени. Они регистрируются, но многие потом спрашивают, где получить привычный учебник. Время от времени за учебниками стоят (виртуальные) очереди, обучающиеся часто запрашивают продление срока выдачи литературы.



Сложившийся баланс Вы назвали удачным. Но если динамика стабильна, не означает ли это, что баланс изменится, к примеру, в следующем году? Новое соотношение будет столь же оптимальным или потребуется корректировать перечни изданий для сохранения «паритета»?

— Библиотека не корректирует баланс искусственно, мы следуем за временем. Если преподаватели подадут меньше заявок на приобретение печатных изданий, соответственно, университет приобретет их меньше. И в случае, если студенты перестанут брать из печатного фонда учебник, который хранится в 150 экземплярах, то в какой-то момент необходимо будет принять решение о списании значительной их части, поскольку наше время — это время сокращения фондов печатного хранения, а не расширения, да и зачем? К тому же новые поступающие издания где-то необходимо размещать.

Если ЭБС расширят круг предлагаемых издательств, а это необходимо, поскольку не все учебные издательства полностью готовы к выходу в онлайн, мы получим прирост учебных изданий в подписке при условии сохранения тенденции роста затрат на этот вид ресурсов.

Количество статей, диссертаций, других видов изданий также неизбежно получит свой ежегодный прирост в электронных информационных ресурсах. То есть баланс меняется постепенно, а наша задача быть готовыми обеспечить сервисами и информационной поддержкой весь тот набор печатных и электронных ресурсов, который мы предоставляем пользователю, — в этом задача библиотеки остается прежней.



С чем связано сохранение печатной продукции в фондах: так проявляются недостатки сервисов ЭБС или особенности культуры чтения?

— Причин несколько. Во-первых, в РГПУ много обучающихся из регионов, чего раньше не было. Это разные люди с разными материальными возможностями. Они могут элементарно не иметь подходящих гаджетов для чтения, поступив на первый курс и приезжая в Санкт-Петербург.

Смартфон хорош для оперативной информации, но проводить полноценные занятия с помощью одного небольшого устройства — не лучшая возможность, хотя все ЭБС и стараются выпустить качественные мобильные приложения, в том числе с экранными дикторами.

Во-вторых, не все преподаватели готовы работать с электронной версией учебника, а в ЭБС именно электронные версии печатных изданий, по сути, макеты, красиво представленные и снабженные сервисами для чтения. И если преподаватель сам не готов пользоваться ЭБС, то и студенту он этого не порекомендует. И этот же преподаватель будет настойчиво подавать заявки на приобретение печатной литературы.

По сути это вопрос личного восприятия, вопрос смены поколений, однако даже в этом рассуждении не может быть однозначности, поскольку многие преподаватели дадут фору студентам в использовании электронных ресурсов.



Будет ли удешевление гаджетов, на Ваш взгляд, способствовать росту аудитории подписных ресурсов? И если да, то за счет чего сохраняется интерес к печатным книгам?

— Я уверена, что на наш с вами профессиональный век точно хватит и с избытком потребителей печатных изданий. В Фундаментальную библиотеку приходят первокурсники и хотят получить бумажные учебники. Они быстрее реагируют на предлагаемые электронные ресурсы, начинают ими пользоваться с сентября-октября первого курса, но, думаю, им еще передана родителями и педагогами подсознательная информация о том, что самый надежный способ передачи информации — это бумажный носитель.

Студенты в соцсетях и мессенджерах готовы зачастую заменить реальное общение виртуальным, готовы читать в электронном виде (или слушать в аудиоформатах) художественную литературу, статьи, а вот отказаться от печатной учебной литературы еще не готовы. Любопытно, удастся ли увидеть тот момент, когда это произойдет.

То же и с молодыми преподавателями. Они динамично реагируют на информацию об электронных изданиях, но подают заявки на приобретение печатных. Да и учебники своего авторства предпочитают видеть в печатном формате: пусть малоэкземплярный, но осязаемый результат своего труда, который можно потрогать руками.



Почему нельзя совсем отказываться от печатных книг?

— Фонд печатных изданий Фундаментальной библиотеки РГПУ на сегодняшний день — это более 3,3 млн томов. Самые ранние датированы XVI в., самые поздние — книги 2019 г. У нас богатый фонд редких изданий, образовавшийся, в том числе и на основе частных коллекций и собраний дореволюционных учебных заведений.

В случае, если закупки печатных изданий будут прекращены, возникнет риск утраты репрезентативности фонда, возможно, за целое десятилетие. Наши книжные полки не будут отражать происходящего в этот период.

Роль современных библиотек сильно меняется, но я считаю, что функция сохранения знания — одна из миссий библиотеки, которую следует исполнять, ведь неизвестно, как эти книги помогут будущим поколениям.

Приходя в библиотеку в Санкт-Петербурге, вы должны спросить, как удалось сберечь их в годы блокады, ведь если замерзают люди, то время ли думать о книгах?! Мы благодарны сотрудникам, пережившим здесь блокаду, ведь они остались с миссией сохранения истории, представленной в книжных образцах. В нашей библиотеке был госпиталь, и задача оставшихся сотрудников состояла в том, чтобы оберегать книжный фонд. В свою очередь, сотрудники выполняли роль книгочеев для раненых бойцов.

С большим интересом мы смотрим сегодня на книги 90-х. Это живая история! Сложно поверить, что можно было выпускать книги с такими обложками, с отсутствием элементарной издательской разметки. Издательства открывались и закрывались, мало думали о требованиях к изданиям, важно было быстро обеспечить потребность в литературе, не издававшейся ранее, сейчас это памятники того времени. Какими были наши 90-е, такие книги мы и получили. Библиотеки, на мой взгляд, должны сохранять память, но при этом уходить от многоэкземплярности.

В библиотечной среде распространен страх, что однажды финансирование закончится и, соответственно, не будет возможности ежегодно продлевать подписку на электронные издания, а бумажных фондов уже недостаточно, в них ничего не сохранилось. Какие решения Вы видите в данной ситуации?

— Жить вообще страшно, мало ли что может случиться. Мне кажется, что «страх» именно библиотечной среды, сильно преувеличен. Главный «страх» перед электронными ресурсами, который был популярен в конце 90-х — начале 2000-х, но иногда можно услышать и сегодня, — «а вдруг отключат электроэнергию?» Но дело в том, что плановые и кратковременные отключения никак электронным ресурсам не мешают, а если случится какая-то глобальная катастрофа, то у меня вопрос: достаточный ли у вас дома запас свечей или батареек для фонариков, чтобы иметь бесперебойный доступ к чтению в печатном виде? А ведь для гаджетов, например, есть собственные и внешние аккумуляторы.

Если случится что-то глобальное, нам всем будет не до чтения. Шучу и утрирую, конечно, но пытаюсь этим дать понять, что работать с электронными ресурсами и постоянно чего-то бояться значит бороться с прогрессом. Библиотеки, испытывающие страх вместо поиска решений и доказывания своей работой необходимости того, что мы делаем, вряд ли могут быть успешны сегодня.

Понравился ли Вам материал?